И Международная конференция "Українське кобзарство - история и сучаснисть"
Зозуля с.Ю.
старший научный сотрудник
Центру пам’яткознавства НАН Украины и УТОПИК
Участие кобзаря Т.М.Пархоменко в культурно-художественной жизни Нежина начала ХХ ст.
Из-помиж “товарищества” певчего цеха предела ХИХ-ХХ ст. лицо слепого
бандуриста Терентия (Терешка) Макаровича Пархоменко является достаточно заметным
и неординарным: кому еще из украинских кобзарей и лирников приходилось
выступать в оперном театре или на общегосударственном научном форуме;
получать помощь от профессиональных композиторов в подборе музыки [5,
С.448]. За степенью обнаруженного любопытства к профессиональной деятельности и
репертуару Т.М.Пархоменко в научном мире в свое время, можно сравнить
разве что с проявлениями интереса к фигуре Остапа Вересая. Но, невзирая на констатацию
финальных результатов этнографических исследований профессиональной деятельности
Т.М.Пархоменко, не менее интересными являются эпизоды его биографии, особенно
– ввиду их непосредственного влияния на развитие культурно-художественной
жизни в Украине.
Сложно говорить или впервые летом в 1901 г. Т.М.Пархоменко был в Нежине.
Скорее всего – нет, поскольку основные заработки члены “группы” певчего
цеха получали на ярмарках и базарах, которые достаточно часто происходили
по всем провинциальным городам и местечкам Левобережной Украины [6, С.13].
Однако, отмеченный визит имел целью не только заработок. За воспоминаниями
нежинского композитора, дирижера, певца и культурного деятеля Ф.Д.Проценко
Т.М.Пархоменко, специально пожаловал в Нежин, чтобы завести знакомства среди
местной культурной публики [7, С.23]. Такой визит, ввиду лица
этого бандуриста, не является странным: интеллигенция (“господа”) составляли важную
– и наиболее щедрую – часть его аудитории [9, С.107]. В то же время, интеллигентная
публика была не только благодарным потребителем, но и, одновременно, поставщиком
репертуара бандуриста: наблюдая вкус “господ”, Т.М.Пархоменко
выполнял наиболее ценимые ими произведения: думы и исторические песни, которые
разучивал за сборниками народных песен Б.Д.Гринченко, А.Метлинского,
Д.М.Ревуцкого [7, С.23; 9, С.136].
О Ф.Д.Проценко он узнал в Чернигове, когда учился пения “у одного
дидича и у двух студентов, которые и послали его в Нижен к Проценко”.
Вот как характеризует Федор Даниилович народного певца: “человек лет
30 . играть на бандуре и петь он был хороший мастер . заметил в Пархоменко
необычное музыкальное умение, увидел широкий репертуар казацких дум, исторических,
бытовых и юмористических песен, часто заимствованных из репертуара Остапа
Вересая, и сборника казацких дум Ревуцкого. Он выполнял их артистически,
с глубоким чувством, красивым тенором лирико-драматического характера” [7,
С.23]. Ф.Д.Проценко пригласил бандуриста приехать в Нежин осенью того
же года, когда начнется учебный год, чтобы выступать перед студенческой
и гимназической аудиторией. Также, вероятно, порекомендовал познакомиться
с ученым-славистом и этнографом М.Н.Сперанским [о нем коротко чудес.:
3, С.178; 8 С.86-88]. Однако, следующие посещения Нежина состоялись лишь
в следующем году.
Интересным является факт, что после визита к Нежину Т.М.Пархоменко выходит за пределы своей, согласованной с цеховой “группой”, территории профессиональной деятельности
и все больше приобретает ведомости (собственно – выступает с концертами) в
культурных центрах Левобережной Украины. в течение следующего года он
побывал в Глухови, Чернигове, Нежине, Киеве, Харькове. Завел очень полезные
для себя знакомства: в Глухови общался из О.Н.Малинкой, в Харькове
– из Г.М.Хоткевичем, в Киеве – из М.В.Лисенком, которые изучали его репертуар,
манеру выполнения и в которых сам бандурист “многому научился” [5,
С.448; 8, С.23]. Последний помог Т.М.Пархоменку подобрать музыку к
одному из двух полученных в Нежине летом в 1901 г. от местной дворянки
А.Ф.Поляковой вариантов текста “Песни о Морозенко” [9, С.138]. Принимая во внимание, что Ф.Д.Проценко был красиво знакомым и поддерживал контакты из М.В.Лисенком,
достоверно – из О.Н.Малинкой также (он в 1885-1890 годах учился в НИФИ
и гипотетически мог быть знакомым из Ф.Д.Проценком [5, С.383]), то весьма возможно, что к их обоих бандурист попал за рекомендацией своего нового
нежинского знакомого.
Вероятно общение упомянутых украинских культурно-художественных деятелей
из Т.М.Пархоменком, который, в силу своей естественной одаренности и достаточно
неплохого образовательного уровня [чудес.: 9, С.107], мог понятно охарактеризовать
состояние и условия профессиональной деятельности коллег по певчему цеху; привело
к устраиванию украинскими учеными во главе с М.В.Лисенком на ХІІ Всероссийском
археологическом съезде в 1902 г. выступления с осуждением полицейских
преследований кобзарей и лирников на поприщах Русской империи [6,
С.14]. Здесь же, на съезде несколько специально приглашенных бандуристов и
лирников, среди которых был и Т.М.Пархоменко, выступили с концертом перед
его участниками [5, С.448].
Среди новых знакомств Т.М.Пархоменко на этом съезде следует выделить профессора
НИФИ М.Н.Сперанского, а также его коллеги историка М.М.Бережкова, который
сделал соответствующую запись в своем дневнике [5, Арк.28]. Нежинские ученые
подтвердили приглашение Ф.Д.Проценко и в октябре того же (1902) года Т.М.Пархоменко
выступал в Нежине [9, С.106].
Силами нежинской интеллектуальной элиты выступления Т.М.Пархоменко удалось
превратить в достаточно масштабное и заметное художественное событие. При содействии
Ф.Д.Проценко и М.Н.Сперанского специально по случаю выступления Т.М.Пархоменко
21 октября в 1902 г. было устроено торжественное расширенное заседание научного
историко-филологического общества при НИФИ [1, Арк.1]. Среди “присутствующих
членов [историко-филологического общества – авт.] и многочисленных гостей”
были преподаватели института, студенты, ученики классической гимназии, при НИФИ,
представители руководства города, городская художественная элита. Днем раньше
в усадьбе Ф.Д.Проценко состоялось своеобразное прослушивание небольшой
части из репертуара бандуриста М.Н.Сперанским и его коллегой по НИФИ
Е.И.Кашпровским. Песни очень понравились и ученые предложили в впоследствии
записать тексты и ноты репертуара Т.М.Пархоменко. В это же раз было
записано лишь несколько песен и сфотографирован слепой бандурист вместе с мальчиком-поводырем [7, С.23].
Основные этнографические опыты над репертуаром и творчеством Т.М.Пархоменко
были проведены в феврале в 1904 г., когда бандурист определенное время гостевал
у М.Н.Сперанского, который, следовательно, получил возможность “основательнее
. с им познакомиться” [9, С.106]. В этот раз нежинскому профессору
при помощи четырех студентов НИФИ удалось, насколько это было возможным,
зафиксировать текст и ноты всего репертуара Т.М.Пархоменко, записать
со слов бандуриста его же биографию, особенности его исполнительской манеры,
описать его музыкальный инструмент и приемы игры на нем; а также записать
информацию о социальном составе, укладе, традициях и обрядности певчего
(“нищенского”) цеха, на территории Черниговской губернии. Все это дало
возможность того же года Михайлови Несторовичу оформить собранный материал
в обобщающий научный труд “Южно-русская песня и ее носители (по поводу
бандуриста Т.М.Пархоменко)”, – известную и ценимую как тогдашними, так и современными, исследователями [чудес.: 7, С.1,5].
Не перерывались отношения из нижинцями и в дальнейшем. После беспокойных революционных
1905-1907 лет Т.М.Пархоменко еще несколько раз бывал в Нежине, дважды
гостевал у Ф.Д.Проценко, не гнушался пением на храмовинах и базарах,
но основной все же оставалась интеллигентная публика: выступал перед учениками
и преподавателями городских мужской и женской гимназий, в школах, дважды
пел в Народном доме, которым руководил Ф.Д.Проценко; пел на представлениях
перед рабочей и крестьянской аудиторией [7, С.23]. Последним документально
зафиксированным фактом пребываниям слепого бандуриста в Нежине есть упоминание
о еще одном его концерте на заседании тогож-таки историко-филологического
общества 2 декабря в 1907 г. Интересно, что это заседание было первым после
почти полторагодового “революционного” перерыва в работе этого общества
[1, Арк.1]. А совсем скоро потому – за три года – Т.М.Пархоменко заболел
и в достаточно молодому возрасте (37 лет) умер в родных Волоскивцях [5, С.448;
8, С.23].
Сам бандурист с большим почетом относился к своим нежинским знакомым,
в соответствии с цеховой этикой [чудес.: 10, С.112-120] всегда благодарил за
теплый прием и за возможность красиво заработать (например, за концерт
на заседании историко-филологического общества в 1902 г. ему заплатили
5 руб. [2, Арк.23]), охотно рассказывал – опять-таки: в пределах цеховых
правил и этики – о своей профессиональной деятельности, о других коллегах по
певчей “группе” [7, С.23; 10, С.106-107] и тому подобное.
В целом, можно говорить, что участие кобзаря (бандуриста) Т.М.Пархоменко,
в культурно-художественной жизни Нежина, Украинского Левобережья, в целом,
началу ХХ ст. была достаточно заметной. Нежин, собственно – нежинские знакомства,
стали своеобразной ступенью в профессиональной деятельности этого кобзаря, дав
возможность выйти за пределы традиционной аудитории, сориентировавшись на образованную
интеллигентную публику. Таким способом Т.М.Пархоменко, не осознавая
этого и не ставивши это за цель, пропагандировал украинскую народную поэзию,
украинскую песенную культуру. С другой стороны – привлекал внимание к проблемам
ее побутування и сохраненности; стимулировал научный и социальный интерес
к украинскому народному творчеству и его носителям.
В национальной историографии персоналия Т.М.Пархоменко до сих пор, за исключением
этнографического исследования М.Н.Сперанского, не была представлена. То
же актуально актуальным является вопрос о соответствующем биоисторическом исследовании,
что особенно интересным и полезным может быть при рассмотрении жизни и деятельности
этого кобзаря через призму современных ему культурно художественных событий и
социокультурных процессов.
Список использованных источников и литературы
1. Отдел Государственного архива Черниговской области в м. Нежине, ф. 1334,
оп. 1, спр. 40.
2. Отдел Государственного архива Черниговской области в м. Нежине, ф. 1334,
оп. 1, спр. 52.
3. Преподаватели Нежинской высшей школы. Библиографический указатель. Ч.1.
1820-1920 / Распорядитель Гранатович л.В. – Нежин, 2001. – 243 с.
4. Институт рукописи Национальной библиотеки Украины им. В.И.Вернадского,
ф. ХХІІІ, спр.27.
5. Художники Украины. Энциклопедический справочник. – К., 1992. – 847 с.
6. Пидгорбунский м.А. Кобзарское движение в Украине (Хvи-хих ст.) / Автореф.
дис. . канд. истор. наук. – К., 2004. – 19 с.
7. Проценко Ф. Мистецки воспоминания. 1880-1930. – Нежин, 1993. – 59 с.
8. Самойленко г.В., Самойленко о.Г. Нежинская высшая школа: от Гимназии
высших наук к университету. – Нежин, 2000. – 288 с.
9. Сперанский м.Н. Южно-русская песня и ее носители (по поводу бандуриста
Т.М.Пархоменко) // Сборник Историко-филологического общества при Институте
князя Безбородько в Нежине. – Т.v. – К., 1904. – С.97-230.
Зозуля с.Ю. Участие кобзаря Т.М.Пархоменко в культурно-художественной жизни Нежина начала ХХ ст. // Научный вестник украинского университета. – Т. 10 – Москва. – 2006. – С. 148-150.