Александр ГУБАР
ПОЭТИКА ДРАМАТИЧНОЙ ПОЭМЫ ЛЕСИ УКРАИНКИ "БОЯРИНЯ"
В статье рассматриваются до сих пор не исследованные аспекты поэтики драматичной поэмы Леси Украинки "Бояриня". Ключевые слова: поэтика, белое стихотворение, логаеди, ритмомелодика, поэтический синтаксис, разговорный язык, интонацийнисть, драма идей, психологизм, индивидуализация, песенность, публицистическая, конфликт, коллизия.
Драматичная поэма Леси Украинки - это одно из вершинных ее произведений. Вполне
справедливо исследователи ставят ее рядом с классической "Лісовою писнею",
"Кассандрою". Но если другим драматичным произведениям Леси Украинки
пощастилося относительно их научного постигания, то этого нельзя сказать о
"Бояриню". Это объясняется в первую очередь не мерами эстетичной
стоимости произведения, а невписуванистю его в идеологический контекст административно репрессивной
системы тоталитаризма. Поэма была изъята на несколько десятилетий из истории
новейшей украинской литературы, находясь под запрещением в укромных спецместах,
неизвестным читателями и недоступной литературоведам.
"Бояриня" - посвященная постиганию драматичных событий украинской
национальной истории времени Руины, времени самой трагичной истории Украины,
со всеми острыми столкновениями, драматичностью ее национальной жизни.
Загнанная тяжелой болезнью в далекий Египет, со спалахнулим чувством ностальгии
за родной Украиной, Леся Украинка в 1910 году за трое суток вывершила свое
произведение. Возвращаясь в третий раз из Египта, она прибывшая в Киев к матери
на улицу Мариинско-благовищенску, 101. Чтобы увидеться с Лесей, приехала
и сестра ее Ольга с сыном Михаилом и Изидора с мужчиной Юрием, и брат
Николай из Колодяжного. Вот тогда, в семейном окружении, Леся Украинка
прочитала еще не публикуемую "Бояриню". Поэму впервые напечатала
Елена Пчилка в 1914 г.
"Бояриня" прошла через "ідеологічну инквизицию"
тоталитаризму, каторжной заблокованости украинской культуры в советские
времена.
3 - 8 сентября в 1991 г. в Луцке по случаю 120-риччя от дня рождения
писательницы состоялся симпозиум "Леся Украинка и мировая культура".
Организаторами его выступали Академия наук Украины, Институт литературы
имени Т. Г. Шев-ченко АН Украины и Луцкий государственный педагогический институт
имени Леси Украинки, соорганизаторами - Украинский комитет Международной
ассоциации изучения и распространения славянских культур и РАН. Приняло участие
свыше 200 ученых, в частности и из Болгарии, Австрии, чехословака, Польши,
Германии, Франции, США, Канады, Китая, Японии, Беларуси, России, Армении,
Таджикистана.
Среди пленарных научных докладов привлек внимание доклад Лини Костенко
"Геній в условиях заблокированной культури". Докладчик глубоко
раскрыл систему расправ над гениальными деятелями культуры в Украине,
в частности над Лесей Украинкой.
Кроме грубых запрещений, репрессий, исключения произведений, существовал еще и такой
тип заблокування гения - это когда тоталитарная система, государство присваивает
его себе, берет на вооружение своей идеологии. И то, и то произошло с Лесей
Украинкой. Если присмотреться к ее посмертной судьбе, то не трудно заметить,
что в голосний славе в советское время ей не отказано. Напротив. Было
сделано найпидлише. Запретив "Бояриню", изъяв ряд
самых сильных стихотворений, вырезав из "м'ясом" из издания Книгоспилки
предисловия репрессированных авторов, - зато всячески подносили как "співачку
предрассветных вогнив", как тщательную читательницу Маркса, приписали ей перевод
"Ткачів" Гауптмана - переводила она его или не переводила,
главное -, чтобы о восстании силезького пролетариату". Если нельзя
запретить поэта, замолчать, то хоть заблокувать его таким способом.
"Геній Леси Украинки онемел в когтях империи..."
Но в зарубежье внимание к творчеству Леси Украинки не угасает. 23 и 24
апреля 1982 года в Сорбонни (Париж) состоялся семинар о творчестве Леси
Украинки. В нем приняли участие ученые Франции, Соединенных Штатов Америки,
Федеральной Республики Германии. А в 1983 году вышел сборник французским
языком "Документи семинару Леси Украинки". - Париж-Мюнхен.
1983. Actes du colloque Lessia Oukrainka. - Paris-munich, 1983.
Среди статей, в которых авторы касались исследования драматичной поэмы
Леси Украинки "Бояриня", опубликовано три: Ольги Витошинской
(Париж) "Конфлікт поколений у Леси Украинки". Автор стоит
на том, что все творчество Леси Украинки характеризуется "боротьбою
против ошибочных концепций патриотов по вопросам литературных и политических,
очень связанных между собой в течение всей истории Украини". "Не
всегда, - отмечает дослидниця, - соглашалась поэтесса в трактовке
этих вопросов с матерью и со своим "батьком духовним" Михаилом
Драгомановим, который ввел ее в тайне мировой литературы. Если Драгоманов
склонялся перед федерацией с Россией, Леся Украинка наоборот ратовала за
полную самостоятельность Украины от ее "старшого брата".
О. Витошинска акцентирует, что поэтесса вела эту борьбу и через диспут
в семье, и в литературной группе "Плеяда", и в своей корреспонденции,
и при случае в своих литературных произведениях.
Отдельно останавливается автор статьи на драматичной поэме "Бояриня",
касаясь и поэтики, одну из черт которой она видит в постигании "конфлікту
поколений одного и того же возраста: одного - свободного (Оксана Перебийна)
и второго - закабаленного Москвой (Степан)". Оксана своему мужчине
Степану говорит о его "новітню батькивщину" Россию, Москву
- деспотическую и дикую. Леся Украинка подает отношение к Москве Степана,
его отца, а также старого Перебойного и его сына Ивана.
Вторая статья принадлежит профессору Роману Жилистому (США) - "Протест
против деспотизма у Виктора Гюго и Леси Украинки". Автор называет
Лесю Украинку "відкритою идеям наиболее распространенным в европейской
литературе ее часу". Однако в конце ХІХ века во всей украинской
литературе частично возобновилась ориентация к эпохе Руины Сечи, то есть
20-х годов XVII века. Р. Жилавий напоминает произведения, которые появились в украинской
литературе. Здесь и славный роман М. Костомарова "Чернігівка"
(1881), "Гетьман Дорошенко" - драма Людмилы Старицкои-черняхивской
(1911) "Сонце Руини" (1911) - пьеса Василия Пачевского. Наконец
монография Костомарова (1890).
Автор подчеркивает - "Це конец ХІХ и начало ХХ века, когда украинская
литература характеризовалась прославлением борьбы за независимость
Украины в ХVII веке. Отдавался реверанс гетмане Петре Дорошенкови,
который пожертвовал своей жизнью за родину. В этот контекст по-своему
вписалась и Леся Украинка, написав принципиальное произведение "Бояриня".
Произведение отмечается острой критикой московского деспотизма в Украини".
В статье осуществлен сравнительный анализ "Боярині" с сборником
Виктора Гюго "Кари" ("Les Chatiments").
В. Гюго разоблачил политического авантюриста Наполеона ІІІ, проклял эту такую
же отвратительную власть "як и царизм Романових, который пробудил у Леси Украинки
ненависть и отвращение на полвека пизнише".
Между произведениями Леси Украинки и Виктора Гюго, по мнению автора статьи, существуют
"значна видминнисть", определенная политическими обстоятельствами: "Французький
деспот - сам француз, сын французского народа, им порожденный, родной.
Напротив, деспот, который притесняет Украину, - это тиран иностранного происхождения.
Царь - это инородец, который принуждает, навязывает волю другого народа, народу,
который имеет свои собственные традиции, язык и дыхание. Но это отличие побочное.
Имеем более сутний связь здесь между криком протеста Виктора Гюго в "Карах"
и самой Леси Украинки в "Боярині". Оба поют одной душой,
которая подносит голос против несправедливости и гнета. В произведениях В. Гюго
и Леси Украинки господствует бунтарский пафос. У Леси Украинки иногда возникали
надежды на "міжнародний социализм", что уничтожит деспотический
русификаторский царизм и при случае выведет на путь независимости все
национальности закабаленные Москвой. У Леси Украинки "ненависть в
Россию осталась непохитною". Россия - "це недруг беспощаден
Украины, единственный, что не позволяет ей иснувати".
Автор подытоживает: "Напевно вот почему современная советская критика не
говорила о "Бояриню" и уклонялась включить эту пьесу в "повного"
издание произведений автора".
У статьи Р. Жилавого есть отдельные ценные замечания относительно поэтики "Боярині".
Это в частности сосредоточение внимания на развязке драматичной поэмы, которую он
считает психологической, эстетичной и идеологической. Не обошел автор и
значимости и эстетичной яркости отдельных метафорических образов. В частности
образов цветка, свободной птицы. Пригодившись на великодушный пацифизм,
героиня Оксана хочет умереть, зивъянути, как цветок, которым Степан так увлекался,
увидев ее при поливке барвинка. "Ця цветок - символ юности,
жизни, свободы, благополучия страны. И свободной птицей еще Оксане хотелось
быть. И цветок, и птица, - это метафоры свободы и незалежности". Метко
подчеркнуто созданный поэтессой "контраст между тем московским холодом,
снегом, этими туманными небесами и теплом, ясностью голубого неба и сияющим
солнцем Украини" [5].
Автором третьей статьи "Леся Украинка и Ренессанс украинской литературы
двадцатых рокив", где также своеобразно представленная "Бояриня"
Леси Украинки, выступила Оксана Ашер - дочка Михаила Драй-хмари, который
проживает в США. Автор отмечает, что современная украинская литература не
эволюционировала так, как другие европейские литературы. Украинские писатели
работали в неблагоприятных условиях "утисків русской влади".
Важным в развитии современной украинской литературы было неисчерпаемое
богатство народного искусства. Особенно блестящим и плодотворным был период,
что следовал за событиями короткой независимости Украины. Не ввиду
поражения независимости Украины, поднялось сознание.
Свою роль в ренессансе украинской литературы сыграла представитель европеизма
украинской культуры и писательства Леся Украинка. Она стала одним
из зачинателив украинского литературного Ренессанса конца ХІХ и началу
ХХ века. Продолжателями ее труда были представители украинского
пожовтневого расстрелянного Ренессанса 20-х - началу 30-х годов. Эту большую
роль сыграла Леся Украинка, опираясь на Шевченко, Франка и на писателей
западноевропейской литературы, а также в поддержку М.Драгоманова и
матери - писательницы Елены Пчилки.
Отдельно Оксана Ашер рассматривает в статье критическое осмысление Михаилом Драй-хмарой
драматичной поэмы "Бояриня". Произведение Леси Украинки, по мнению
Драй-хмари "розповідає о деструкции Украины в XVII ст., несет
специальный смысл для всей Украини". "Ця замечательная поэма остается
всегда недоступной для читателей Советского Союзу". Главные персонажи
"Боярині" вымышленные. С большой смелостью Драй-хмара убеждает,
что эти персонажи составляют часть не только своей эпохи, а могли бы легко
существовать в бесправной Советской Украине. Можно встретиться с такими
персонажами, как Оксана и Степан, по мнению Драй-хмари, и в Советском
Союзе.
Оксана Ашер, исходя из концепции М.Драй-хмари, дает свои рассуждения:
"Якщо рассматривать это произведение как аллегорию, которая скрывает достоверные аспекты
нашей жизни, то можно видеть ее в лице Степана, который потерял совсем
чувство национальной идентичности. Он стал представителем той части
интеллектуальной элиты Украины, которая потеряв контакты со своими соотечественниками,
адаптировалась в русском обществе. Степан, приняв русскую
культуру, поклонился в послушности перед царской властью. В фигуре же
Оксаны наоборот изображен совсем другой репрезентант интеллигентной
украинской элиты. Она борется за принципы национальной идентичности,
но не приходит к освобождению от московского гниту".
Несколько слов об оценке "Боярині" в советском украинском
академическом литературоведении. В первом томе "Історії украинской
литературы в двух томах", посвященному дооктябрьской литературе (Издательство
Академии наук украинской ССР, Киев, 1954) "Бояриня" была
подданной вульгарно социологической фальсификации и фактически вычеркнутая
из творческого актива писательницы. "В произведении правдиво отображен патриархальный
быт московских бояр, но в целом драма писательницы не вдалася".
Полностью в духе вульгарного социологизма, писательницы, приписывалось: "Всупереч
исторической правде, в этом произведении идеализирует украинская казацкая старшина".
Во-вторых: "В драматичной поэме не показано, что воссоединение Украины
с Россией отвечало заветным стремлением украинского народу".
Определенный шаг от фальсификаторского вульгарно социологического толкование
"Боярині" к более объективной оценке произведения Леси Украинки находим
в восьмитомном академическом издании "Історії украинской литератури"
(1967 - 1971). "Письменниця осудила здесь колонизаторскую политику
царизма относительно Украины еще в середине XVII ст., подала исторически правдивые
картины уклада домостроя жизни московских бояр, подчеркнуло
свободолюбие украинского народу". Автор статьи о Лесе Украинку
О. Ф. Ставицкий отмечает "недолік" "Боярині":
"у произведении мало того, что соединяли два братских народа - русский и
украинский". Напоминал автор еще и о недовольстве Леси Украинки
своим произведением. У статьи нет ни одного слова об эстетичном своеобразии,
особенности поэтики художественного произведения. В этом следует считать проявления того
же таки вульгарного социологизма заидеологизованости академического литературоведения
60-70-х годов.
Леся Украинка определила жанр "Боярині", назвав ее драматичной
поэмой. В теоретических трудах драматичную поэму относят к мешаным формам.
Говорит профессор П. Волинский: "Драматична поэма - это произведение написано
в диалогической форме, но без назначения постановки на сцене. Образцами
этого жанра является "Фауст" Гете "Каїн" Байрона. Ряд
драматичных поэм написала Леся Украинка ("В катакомбах", "У
пущи" но др.).
Есть и кое-что более точное определение этого жанра: "Драматична поема"
- это небольшое по объему стихотворное произведение, в котором совмещаются формы
драмы и лиро-эпической поэмы. В основу драматичной поэмы закладывается
внутренний динамический сюжет - собственно конфликт мировоззренческих и моральных
принципов при отсутствии панорамного фона внешних событий, преимуществу
лирических факторов над эпическими и драматичними".
Из приведенных здесь теоретических определений жанра драматичной поэмы выплывает
вывод: в жанре закодированная система комбинаций эстетичных приемов,
средств, элементов поэтики.
Лесю Украинку академик О. И. Билецкий назвал творцом "драми идей".
В ее драматичных поэмах, в частности в "Боярині", сюжет загрунтован
на мировоззренческо-идейных и морально-этических принципах и на постигании
социально национальной проблематика судьбы Украины. Он разворачивается
на антитезе "рідний край" и "чужина", Украина и
Москва, тюрьма и свобода.
Елена Онуфриенко утверждает, что "саме тогда, когда свобода человека,
ее право на самовыражение, от личного ("Адвокат Мартиан",
"Одержима", "Руфін и Присцилла", "У пущи",
"Камінний господар" но др.) и к социально национального ("Оргія",
"Бояриня") полно отрицаются, герои произведений Леси Украинки
становятся перед той екзистенцийной "межею", какая вынуждает их осознавать
необходимость найсакральнишого - свободы. И здесь, как и в более поздних романах
Ж. П. Сартра и А. Камю, свобода, а точнее - поиск путей к ней, становится
основным содержанием жизни человека. Таким образом, обиды, выведенные Лесей Украинкой,
становятся обидами-символами, а сами драмы превращаются в драмы идей".
По мнению О. Онуфриенко "драматургія Леси Украинки трагическая - ее
герои погибают. И это все отвечает той основной идее, которая заложена Лесей
Украинкой, - победить или погибнуть, ведь в борьбе за волю и торжество
высшей человечности всегда приносились жертви". "А борьба Леси
Украинки за возрождение свободного гордого человека, патриота своей обездоленной
Отчизны, была, действительно, подвигом". Трагедия личности Оксаны
и трагедия Украины имеет глубокое философское содержание, склоняет к размышлениям
о сути бытия.
Попытку обобщающее очертить поэтику Леси Украинки в драматичных произведениях
и в том числе в драматичной поэме "Бояриня" при вивершенни
женских фигур сделал Лукаш Скупейко. Исследователь прав, утверждая,
что "жінки у нашей поетки - это носители самых глубоких мыслей, чувств,
не зацикливаются на себе, не защелкивающиеся в личной эмоциональной телесной,
интеллектуальной шкаларущи, а постоянно пытающиеся преодолеть собственную субъективную
ограниченность, в частности и специфически жиночу". Как и мужские обиды
"вони появляются как характеры, которые силой своего духа и убеждения
могут стать против всего человечества, против цивилизации, стать, если
хотите, рядом или и над Мессией. Мириам, Кассандра, Тирца, Нимфа, Присцилла,
Оксана - это трагические фигуры. В конечном итоге потому и трагические, что способные на
такие чувства и на такое духовное прозриння".
Л. Скупейко подчеркивает, что "шукати в этом какого-то специфического
женского, феминистичного подтекста нет никаких оснований да и потребности.
Это - обиды созданы женщиной, и, понятно, ничто женское им не чуже".
Феминизм как общественное равноправие поэтесса считала аксиомой.
Драматичная поэма "Бояриня" написанная белым стихотворением, свободным
от рифмования, характерным для поэтической драматургии.
Белое стихотворение в драматургии впервые было использовано еще предшественником В.
Шекспира Кристофером Марло. С большим успехом применил его В. Шекспир,
Дж. Мильтон, И. В. Гете, О. Пушкин, И .кочерга но др. В трагедиях, героических
драмах используется пятистопный ямб, который "позбавлений рифмы,
приобретает гибкой и естественной интонации". Пятистопным ямбом воспользовалась
Леся Украинка в "Боярині" и в других драматичных поэмах. Ритмомелодика
"Боярині" построенная на принципах силабо-тонічної системы. Стихотворение
астрофичний. Сквозной перенятый разговорным языком, что предопределенно диалогической
структурой драматичной поэмы. В "Боярині" свои особенности
имеет поэтический синтаксис, звукопис, по-своему искусно обогащенная поэтика
произведения традициями народнопоэтического словесного творчества. Имеющиеся вкрапления
публицистической. В поэме не найти поражающие эффектностью символы и
тропы. Она вошла в историю новейшей украинской литературы вершинным
произведением в новаторском, глубинно эстетичном, постигании проблемы судьбы
Украины, ее народа, под колониальным гнетом русского самодержавия.
Выражена эстетично в совершенстве идея украинской ментальности, гуманистически
величественного национального характера с его стремлением к воле, самому выявлению
и развитию.
Уже отмечалось, что в "Боярині" доминирующим является пятистопный
ямб. Но для решения эстетичных заданий, раскрытия сложности и своеобразия
индивидуальности героев, их характеров, внутренних духовных, психологических
черт, динамики мыслей, настроил, драматизму переживаний ограничиться лишь
доминирующим размером пятистопного ямба, что прекрасно понимала поэтесса,
не обойтись. Поэтому она находила выход в обращении к логаедности -
употребление смешанных размеров. В поэме наталкиваемся на смешивание ямбических,
хореических, дактилических стоп и амфимакра, дактиля и других.
Уже в начале произведения имеем примеры сочетания ризностопних строк:
ИМЕТЬ. Оксано, где ты?
( - / ( - / (
ОКСАНА. Вот я иду, мамочку.
- ( / - ( / - (
Первая строка - язык матери - строка двустопного ямба. Вторая строка -
язык Оксаны - строка трехстопного хорея. Но интересно, что в сочетании этих
ризностопних строк "ОксАно, де ты? - Вот я йду матусю." образовалось
ритмичное единство пятистопного ямба.
Показательным примером является диалогическая партия значительного казака из старшины,
отца Оксаны, - Олекси Перебойного.
ПЕРЕБОЙНЫЙ
О них ты не беспокойся.
Пидкоморий
Их пригласил на пир, а тебя
Я выпросил к нам:
"Я сам, говорю им
Что-то болезнью немного, то не могу
На пирах гулять, а Степана
По давней приязни к его отцу
Хотел бы угостить у себя в доме
Он юнец, ему еще не пристало
На пиры большие учащати".
Боярам, видко, уже запах медок
Но варенуха, следовательно, раздобрились
Да и молвили: Пусть себе парнишка
Сидит у тебя хотя и к отъезду.
Зачем он нам показался.
В рамках пятистопного ямба белого стихотворения свободно себя чувствует живой
разговорный язык. На разных уровнях ощутимое господство ризноцвиття повествовательной
интонацийности из ее акцентациями на подробностях из сферы быта (лексемы:
пир, медок, угощать, варенуха). В языковой партии Перебойного имеются
еще и другие лексемы и выражения из сферы розмовности. О Степане он говорил
старым боярам: Он юнец, ему еще не пристало на пиры большие повадиться
(курсив мой - О. Г.).
Слово юнец из разговорного языка, вместо юноша. Выделенные здесь курсивом
и другие слова взяты из живого разговорного вещания и в единстве с целым
выражением.
Кстати, некоторые из этих лексем понадобились для выражения язвительной иронии
к боярам, с их дешевой морально-этической духовностью. Им достаточно для того,
чтобы раздобриться и отпустить Степана "щоб запах медок и варенуха".
Искусно осуществлена поэтессой имитация под разговорный язык языка старых
бояр:
Пусть себе парнишка
Сидит у тебя хоть к отъезду.
Зачем он нам показался.
И ласкательное русское слово парнишка, и выхваченное из разговорной стихии
выражение "навіщо он нам здався" вносят новые свежие штрихи живой
розмовности.
В последующих обращениях Перебойного к Степану своеобразно оказываются
пригласительные интонации в сочетании с лексемами также выхваченными из
усномовной стихии:
ПЕРЕБОЙНЫЙ:
Я джури прикажу
пусть перенесет твои пожитки (курсив мой - О. Г.)
к нам, да и заберу тебя в плен
пока не освободят бояре.
Ты, синашу, у меня
забудь все церегели (курсив мой - О. Г.)
Та же зо мной
покойник отец твой хлеб-соль возил (курсив мой - О. Г.)
вместе мы и казачили.
И именно обращение к Степану чисто разговорной формы синашу, и такие лексемы,
как пожитки (это так о вещах Степана), и то церегели (от цергелювати
- суетиться), и предложение с начальным зачином "та же зо мной покойник,
отец, твой хлеб-соль возил, вместе мы и козакували", как и сама
повествовательная пригласительная интонация - все это от розмовности.
Во втором действии драматичной поэмы "У Москви" наблюдается
обогащение поэтики, которая оказывается в усилении обличительного пафоса
произведения, драматизма, который перерастает в трагизм при постигании судьбы центральной
героини Оксаны, - самоотверженной патриотки, которая воплощает позитивный идеал
поэтессы и воспринимается как широкое обобщение, что своей идейно философской
значимостью и эстетичным совершенством приближается к символу.
Обращает на себя внимание потенциально богатая ситуативная, оперта то на
остроту коллизий, то на лирико-драматические эпизоды семейного характера.
Леся Украинка демонстрирует блестящее мастерство в использовании богатств
украинского языка, которым она владеет виртуозно.
В совершенстве талантливо поэтика языковой индивидуализации персонажей произведения.
В первую очередь искусно и на разных уровнях используется живой разговорный
язык в ее целесообразности относительно раскрытия человеческой личности, особенностей
ее реакций, на жизненные обстоятельства. Наблюдается вкрапление в живую розмовнисть
публицистических элементов. Плодотворное использование поэтики устнопоэтического
народного творчества - песенности, пословиц, присказок.
Богатством отмечаются поэтика двух ведущих персонажей "Боярині"
- Степана и Оксаны, с которыми встречаемся впервые в экспозиции произведения.
Действие происходит в семье Олекси Перебойного. В диалогических партиях
Степана и Оксаны занял свое важное место разговорный язык. Но органично
с ней злились элементы устнопоэтического словесного творчества, особенно элементы
народной песни.
Степан и Оксана дружили еще в детстве. Но детство уже отплыло
в прошлое. А теперь встретились друзья в пору юности, когда посетило их
души то, о чем они до сих пор не знали. Вспыхнуло чувство, которое, за высказыванием
М. Горького, человечество назвало бледным словом - любовь. Когда говорить о
поэтике этих действующих лиц, то необходимо в первую очередь сосредоточить внимание на
поэтике их душевной красоты. Леся Украинка достигает высокой художественной
выразительности, яркости поэтики в раскрытии внутреннего мира героев,
когда каждый из них появляется психологически вырезанной индивидуальностью,
характером, со своими особенностями реагировать на навколишнисть.
Весеннего вечера юная Оксана в саду. Поливает барвинок. Поет веснушки
- те девичьи песни, такие захватывающие мотивами любовными, разнообразием образности,
жизнерадостностью. А может поет она и песню "Зелененький барвиночку,
стелись низенький, а ты, милый чернобровый, придвинься близенько".
Нет, мы такую песню не слышим из ее уст. Но барвинок, этот за высказыванием
О. Гончара "пісенний образ", побуждает подумать о возможности
Оксаны, если не запеть, то вспомнить и эту песню.
Леся Украинка очень увлекалась веснушками, о чем говорил К. Цветок.
Еще будучи пятилетним ребенком, запоминала их. Широко использовала
веснушки в "Лісовій писни". В них выраженно увлечение весной,
которая приносит ценные подарки - изобилуют природы с пением птиц. В молодых
сердцах возбуждаются чувства любви, мечты, о бракосочетании.
Очарованный пением, Степан встречается с Оксаной, объясняется ей
в любви. Его душа также отзывается отголоском песни:
Панночко, сие я
Прости меня.
Ты гневаться не должен
потому что ты же меня сама приворожила
и соблазнила, как соловей пением.
Я не своей силой пришел...
У Степана интимное чувство появляется в злитности с чувством красоты родного края, с мечтами о его воле. При этом также выныривает в его воображении песенный образ цветка:
Мне был бы не для забавы цветок
я вижу в ней жизнь, и воле обид
и корнаю родного красоту.
Для меня
уголок тот
где бы посадил я цветок
казался бы целым миром...
Дорогим цветком для него является и Оксана. В языковых партиях Степана и Оксаны ярко оказываются их интимные переживания, которые появляются как проявление их духовной красоты, благородства. В то же время герои не могут оставаться безразличными к обстоятельствам, в которых им придется жить. Вступают в роль размышления, когда интимное, морально-этическое появляется в соотношении с общественным. Начинает звучать мотив чужбины. Герои любят свою родную родину - Украину. Но судьба сложилась так, что Степан должен жить в Москве, служа царю, жить на чужбине, куда придется перебраться и Оксане, когда станет его женой. И теперь в язык героев входят еще и элементы публицистической - слова и выражения на обозначение общественно-политических явлений: вотчина, бояре, царь, хан, воевода, но др. Социально-политическую расцветку при этом приобретают контрастируя и Москва - Украина: "чужина" - "рідний край". Обращаясь к Оксане, Степан жалуется на свою неволю, будто предусматривает и страдание Оксаны в отрыве от родины:
Что только дам тебе я на чужбине
вместо веселья родного края?
Своя любовь верна
более ничего.
Мотив "рідного краю", доли Украины, притесняемой "чужиною" - русским самодержавием, в "Боярині" является определяющий.
Уже с первых дней пребывания в Москве Оксана, иметь Степана и его
сестра Анна почувствовали насильственное унижение человеческого достоинства. Даже в
церкви, во время службы божьей, женщины-москвички откровенно ввичи их обзывают
"хохлушками", "черкешанками", обижают, насмехаясь
над украинским нарядом. Ведь оно является той естественной составляющей частью украинской
народной духовности, ментальности, которое складывалось на протяжении возрастов.
Душевное сопротивление вызывает в Степановой матери навязывание "вбиратися
по-ихнему". Она напоминает Оксане, что отец Степана дожил век "у
кармазинном жупани", а "на смерть я его нарядила в мережану
сорочку". Да и Степан с Оксаной стояли под венцом в украинском
наряде.
Народными пословицами иметь выражает положение в котором им пришлось очутиться:
"з волками жий, по-вовчи вий".
Странные обычаи среди московских женщин. Ведь им почему-то запрещается находиться
при беседе с мужчинами. "Ходити по Москве не самой можна".
Еще: "Баришні сидят по теремам... Не видят свита. А петь по
рощам? Такого здесь и отроду не чували" - так делится своими впечатлениями
Анна.
Оксана стремится не поддаваться насильственному унижению своего человеческого
достоинства. В ее душе возникает целый взрыв презрения к так называемому обычаю,
о котором ей известил Степан. Он ее просит быстро перевдягнутись в
московский наряд, чтобы встретить бояр, почастувати, а тогда: "уклонишся,
боярин поцелует тебя в уста..."
С отвращением и гневом она заявляет - "Не пойду!" От Степана она
узнает, что своим поступком она погубит и его, и себя. Потому что тот "старий
глупый дяк" "має силу". "Він оклепае нас перед царем,
а там уже и готовый "слово и дело."
Поэтесса прибегает к средству перекрестной характеристики. Еще молвил слово
рыдающая Анна о том дьяке:
Ой сестричко!
Если бы ты знала, что за свирепый дед
тот боярин!.. Я тебя умоляю!
Сестриченько!
Не загуби же ты нас!
Оксана с болью в душе вынуждена была поддаться тому грубому, насильственному моральному унижению, издевательству. Она с ужасом обращается к Степану:
Степане
но куда же сие мы попались?
Но сие же какая-то неволя
бусурманска?
Прослеживается обогащение поэтики еще и на других уровнях. В языковых партиях
персонажей для акцентации их душевной проницательности часто употребляются
ласкательные слова, которые усиливают интимизацию психологических переживаний,
эмоциональность вещания Так, например, в языковых партиях матери у Оксаны
и Степана ласкательные слова, употребленные с чувством эстетичной меры, служат
выражением материнской ласковости, любви. Иметь Степана называет Оксану
доченькой, голубушкой. Оксана же назива свекровь матушкой. "Доню"
- так обращается Перебийниха к Оксане.
Ласкательные слова находят себе место и в языке Оксаны и сестры Степана
Анна. Чистосердечно и нежно к Анне обращается Оксана как к сестренке
Ганнуси. В свою очередь Анна к Оксане молвил: Оксаночко... риднесенька...
я имею тебя что-то просить...
При освещении семейных взаимоотношений Оксаны и Степана функционируют также
ласкательные слова, которые, во-первых, акцентируют нежность влюбленных душ.
Есть еще ситуации, когда супругам придется в моменты скитаний выражать
с помощью ласкательных слов сочувствие друг другу. Так Оксане больно
наблюдать позорное положение Степана - слепого исполнителя воле царя,
который напоминает пахоля-хлопчика на побигеньках, блазня:
СТЕПАН
Он (Царь за рюмкой, - О. Г.) временами любит
Песен "черкасских" слушать
но шуток
но всякой болтовни, не без того
что и тропака звелить
потанцевать.
Свою унизительную роль царского покорного служаки Степан оправдывает пословицам: "Скачи, вражье, как господин прикажет... Но ладен я, брате, уже хотя бы и на голове ходить, чтобы чего-то добыть для Вкраини".
ОКСАНА
Ой мужское!
Да и противная же сия мне Москва!
Пораженный Степан напоминает ей свои прежние слова, что на чужбине он ей дать не сможет ничего.
ОКСАНА
Нет, моя любовь!
Сие я недобра! Так словно не знаю
что бедный мой ГОЛУБОНЬКО (курсив мой - О. Г.) страдает
за всех хуже всего, -
нужно же наносить
жалю еще больше!
(Степан прижимает ее).
Существенным элементом поэтики "Бояриня" есть публицистическая.
Обращение поэтессы к публицистической замечено нами в экспозиции и
в завязке произведения. Но уже в следующем действии ("У Москви") публицистическая
набрала нового уровня и весомости. Здесь уделено большое внимание художественному
постиганию общественно-политических проблем. Центральным является мотив сопротивления
угнетаемой Украины русскому самодержавию, искание путей, как
добиться свободы Украины. Публицистическая "Боярині", надихана
горячим темпераментом поэтессы, бурлит ее гражданского мужества
борца, патриота.
Публицистическая проявляется в драматичной поэме на разных уровнях.
Она демонстрирует себя в частности в полемичности, то в болезненных размышлениях героев
как прийти к истине, то в резких осудах ими действий официальной московской власти,
ее сторонников. Оказывается она и на уровне лексики, высказываниях
персонажей, деталях. В языковых партиях наталкиваемся на общественно-политическую
лексику. В языковой партии Оксаны имеем общественно-политические лексемы -
царь, господин, хан, бояре. Стремление героини к свободе Украины путями борьбы
отразились в лексемах: бой, поле брани, борец, в названии оружия - сабля.
Горькое понимание героиней рабского положения Украины выражено сравнением:
как в "неволі бусурманский", Ей болит то, что Украина стала
"руїною". Оксана страдает и с того, что Степану придется
"під ноги стелиться своему господину, языков ханови".
В языке Степана также фигурирует общественно-политическая лексика, как и в языке
Оксаны: царь, хан, бояре, ясырь. Мнения его о порабощении Москвой Украины
проникаются также горечью. Он и себя называет невольником: "Я
в неволи". Степан далек от того, чтобы "людей на привязи
тримати" - "Я же не хан татарский". Он понимает груз
неволи Украины под властью русского царизма. Слова "тюрма",
"кайдани" повторяются им на обозначение того, что принесла
Украине Москва. С возмущением осуждает Степан атмосферу шпионажа в системе
московского власть предержащего: "Шпики московские целым роем ходят.
Я знаю их". До активного действия за освобождение Украины он не поднялся.
Зато Оксана приходит к осознанию необходимости бороться против
самодержавия за свободу Украины, стоит на голову выше своего мужчины.
Важной составляющей частью поэтики "Боярині" есть также глубокий психологизм
в постигании духовности героев. Тонко и со знанием человеческой психологии
выразительно изображен образ главной героини Оксаны, которой суждено было пережить
не только вспышки интимных семейных радостей, а еще больше болезненных, преисполненных
острого драматизма переживаний. Ее языковая партия эмоционально наснажена и
сориентированная на выражение богатства духовности этой диткливой, лирически нежной
человека. Поражает в ней богатство интонацийности. Поэтесса прибегает к разнообразным
синтаксическим фигурам - инверсии, умалчивания, обрывы, вопросительные и восклицательные
обороты. Прослеживается сочетание элементов разговорного языка с элементами
песенной поэтики. К песне обращается Оксана не только в экспозиции
драматичной поэмы (она поет веснушки), но и во времена жизни в Москве.
Больная, но при дружественных встречах с сестрой Степана Анной, которая готовится
к свадьба, Оксана, поет радостных песен ("Не бойся, мамочку, не
бойся, в красные сапожки обуйся...", "Гуляй, гуляй, господине,
пусть наша печаль згине!"). Приглашает Анну - "Давай утнем санжаривки,
Ганнусю!" Санжаривка - это название песни, а также танцу.
В органическом сочетании поэтической техники со средствами живой розмовности,
ее запасов выразительности появляется и поэтика психологического мироощущения
Степана. Возьмем одну клетку из его языковой партии.
СТЕПАН
Оксаночко!! Поидем на Вкраину!
Ну, я тебя прошу!
Там отец-мать
семья, приятели, но ты с ними развлечешься.
Здесь и интимизоване обращение к любимой жене, выраженное ласкательной
формой ее имени, - Оксаночко, нюансирующее то восклицательными интонациями, то
интонацией побудительной, с употреблением частицы "ну" - "ну,
я тебя прошу!" Здесь и повествовательная интонация (перечислення членов родни,
близких знакомых людей). Все это также создано на основе источников разговорного
языка и естественно же уложилось в ритмичную структуру пятистопного ямба.
Психологизм в поэтике героев произведения находит также выражение в богатстве
пауз. В драматичной поэме кроме ритмичных пауз сквозной проходят густо
употребимые паузы смысловые, психологические, которые также подчеркивают воссоздание
духовной жизни и образов-персонажей. Бросается в глаза широкое использование
восклицательных, восклицательно вопросительных и побудительных интонаций. В язык героев
входят стойкие из народного вещания: словосочетания, фразеологизмы
- пословица, присказки, афоризмы: что сторона, то и обычай, а что за
огород, то и норов; Москва слезам не верит; терпение лопнуло; вещи
сладкие разводит, а в лес смотрит; чтобы муха не подточила нос; а так,
уже часто: ни себе, ни людям; имей надежду в Боге; хотя бы мне такой возраст
длинный, как мужчина хороший; чужие пороги оббивать; замылить глаза...
Языковая культура диалогических партий подчиняется потому, чтобы действующие
лица были понятными друг друга, открытыми, нужными, интересными
и, чтобы могли глубже и тоньше, душевно чувствовать мир.
В последних эпизодах "Боярині" наступает кульминация. Оксана,
измученная болезнью, заснула. Появляются обобщающие, проникнути теплым
лиризмом обиды-символы месяца и солнца в сочетании с дорогой и родной
Оксане Украиной.
Иметь просит Степана разбудить Оксану "бо солнышко склоняется на
вечер... навзаходи нехорошо спать хворим". Степан идет в терем, подходит
к Оксане и потихоньку целует ее. Она просыпается.
ОКСАНА
Сие ты Степане?..
Ишь, мне приснилось
что месяц ясно ясно засветил
в отцовом садике...
СТЕПАН (притворно веселым голосом)
Месяц, дорогая?
Сие странно, потому что как раз на тебя солнце!
ОКСАНА
Что же, может, там яснее
светит месяц
Чем тута солнце...
СТЕПАН
Не сокрушайся, Оксано
вот быстро снова побачим
как там светит
и солнышко, и месяц, на Вкраини.
ОКСАНА
Сие же как? Разве умру? Тогда запевне
душа полетит...
Степан сообщает, что надумал поехать вместе с Оксаной в гостину к ее
родне.
ОКСАНА (иронически).
Большое дело
что ты надумал!
Царь мысли завернет.
СТЕПАН
Царь пустит. Уже же тепера
на Вкраини
умиротворилось.
При этих словах Оксана загорается.
ОКСАНА (остро)
Как ты говоришь?
Умиротворилось? Зломилась воля
Украина легла Москве под ноги
сие мир, по-твоему, - та руина?
Так и я умиротворюсь быстро
в гробу.
СТЕПАН
Ты одживешся на Вкраини.
Москва же не может
заступить солнца
звъялити трачу попусту родного, зсушити
рек веселых.
ОКСАНА (уныло, упрямо)
Нечего, не говори.
Никуда я тепера не поеду.
Оксана, разгоревшись, резко упрекает Степана за холопское перед Москвой,
за безразличие. В ее языке берет верх гневная обличительная интонацийнисть:
А я удивляю, ты с каким лицом
собираешься появиться на Вкраини!
Сидив-сидив в запечке
московском
пока лилась кровь
пока соревнование
велось при жизни там
на Вкраини, -
теперь, как "втихомирилось",
ты едешь
того ясного солнца заживать
что не достали руку загребущие
но рощей недожженной утешаться.
На пожарини хочешь посмотреть
там ли широко разлились реки
от слез и крови?..
В украинском фольклоре солнце - символ всемогущества. В поэме солнце,
как и в фольклоре, сопровождается постоянным эпитетом "ясне сонце".
С большой силой выраженно в словах Оксаны трагизм судьбы ее Родины.
В ответ Оксане "що шарпала себя речами", звучит напряженно
драматичная, сповидальна и глубокомысленный ответ Степана, эстетичной
вражальности которой эффективно прислужился поэтический синтаксис. Кстати,
в "Боярині" поэтический синтаксис связан с многоаспектностью
идейно проблемных и художественно-естетических граней произведения и способствует созданию
интонационной изысканности, эмоциональной экспрессивности, индивидуализации
персонажей на уровне психологизма и шире - духовности.
СТЕПАН
Да и что кориться словами, дорогая?
Нас судьба так уже скарала тяжело
что определено, и Бог простит
все грехи.
Кто кровь из ран теряв
а мы из сердца.
Кто заслан
в тюрьму замкнут был
а мы несли кандалы невидимые.
Кто имел минуты счастья
в борьбе
а нас тяжелая
страшная душила змора
и нам не вдилено было силы
ту змору преодолеть...
Поэтический синтаксис здесь обнаруживает себя в первую очередь в инверсуванни интегрированном
с анафорами. Словом КТО основаны четвертая, пятая и седьмая строки,
образовав анафору.
Для углубления драматизма отрывку поэтесса прибегнула к антитезам.
Они ощутимо прослеживаются во всем отрывки: "Хто кровь из ран
теряв, а мы из серця"; "Хто засланный, в тюрьму замкнут был,
а мы несли кандалы невидими"; "Хто имел минуты счастья в борьбе,
а нас тяжелая, страшная душила змора".
Змора под грузом "осоружної Москви", как назвала ее Оксана,
Москвы царской, которая превратила ее родного человека - Степана в лишенного
чести существа, которое ходит "під ноги стелиться своему господину, языков ханови".
Усилению драматизма служат красноречивые тропы-метафоры, эпитеты: "Нас
судьба так уже скарала тяжело; а мы несли кандалы невидимые; нас тяжелая,
страшная душила змора".
ОКСАНА (спокойнее и мягче, чем до сих пор)
Да, сие правда.
Но никто сего не поймет
пока мы живы.
Следовательно, нужно умереть.
По ее мнению, Степан дольше проживет, и передаст семье и братикам ее
заповедь. С острой тоской Степан отвечает: "Ой, лучше бы я тебе
такое говорил!" Слова Оксаны воспринимаются как программа жизни не только
самого Степана:
Борцом не удался ты
но после боя
преодоленным подать
льготу сможешь
как ты не раз давал...
На поле брани
не все же умерли
ранящихся много...
поможешь им выздороветь, то, может
когда-то там... снова
собравшись к бою
они тебя вспомнят
хорошим словом...
а как и нет - не жалей, что помог.
(Сидят некоторое время молча, обнявшись).
Следовательно, это уже развязка драматичной поэмы. Доли героев, все кон-фликти,
коллизии решены.
Солнце уже навзаходи. Оксана, опираясь на руку Степанову, идет к дому.
Не доходя ларька, останавливается и вращается, глядя на западное
солнце, которое уже исчезает за горизонтом.
ОКСАНА
Спокойной ночи, солнышко!
Идешь на запад...
Ты видишь Украину - поздравь!
На этой высокой, преисполненной глубокого лиризма, сердечной спові-дальності
ноте завершается произведение. Двухстрочное риторическое обращение к Украине воспринимается
как афоризм, преисполненный патриотического содержания, выраженного в яркой, предельно
сжатой, форме. В этой поэтической клетке тонко объединились зрительное и музыкальное
начало. На зрительное восприятие образности афоризму ориентируют и лексема-свитлоносий
"сонечко", и поражающая динамическая метафора - "сонечко!
Идешь на запад..." "Ти видишь Украину". Музыкальное же начало
появляется не только в ритмичной структуре афоризму, выраженного пятистопным
ямбом, но и в интонацийности - то в разговорной, то повествовательной, то в побудительной.
Через двурядок проходит шесть раз асонований звук А.
Следовательно, рассмотрение разных аспектов поэтики драматичной поэмы "Бояриня"
удостоверяет многогранность новаторских поисков, мастерства, неповторимости
и яркости могучей художественной индивидуальности Жанны, дъарк украинской
поэзии, как назвал Лесю Украинку влюбленный в ее творчество большой Максим
Рильский.
газета "Кримська свитлиця" сентябрь-октябрь в 2004 г.